Переживание чувства страха (тревоги)

Чувство страха (тревоги) знакомо, мне кажется, каждому. В большей или меньшей степени. Мы можем встретиться с ним в реальности – на улице, в доме, в незнакомом месте, под покровом темноты. Или там, где, казалось бы, вовсе не ожидал с ним столкнуться – среди шумной толпы или в разгаре вечеринки. Еще одно место встречи – наши сновидения. Они могут быть кошмарными по видеоряду, но без страха. А бывает, что совершенно «безобидные» кадры вызовут очень интенсивное переживание страха.

Одна из особенностей этого чувства – то, что его очень сложно «схватить» в слове. Если мы пробуем его описать или рассказать о нем, то чаще всего опишем то, что происходит с нашим телом – например, сердцебиение, жар или холодный пот, ноги «подкашиваются», тело обездвиживается, «ступор» и т.п. Либо будем использовать метафоры и фразеологизмы – «душа в пятки», «быть мертвым со страху». Такая сложность описания связана с тем, что наши чувства в принципе тяжело облечь в слова, - мы их чувствуем. Однако чувство страха (тревоги) нам трудно выносить в отличие, скажем, от любви или злости. Оно как будто поглощает, затягивает и парализует нас, мы чувствуем опасность, но не можем определить – откуда она исходит.

Немного «легче» становится, если у страха появляется объект. Тогда мы говорим о боязни (фобии) – боязнь высоты, острых предметов, открытых пространств, черных кошек, пауков… Таких фобий описано множество. Этим описаниям нет числа, поскольку объектом боязни может стать любой предмет из нашего окружения. И «легкость», конечно, относительна и условна – как правило, фобии имеют свойство разрастаться, захватывая новые и новые объекты, что в свою очередь приводит ко все большим ограничениям в жизни человека.

Когда же мы можем говорить о том, что страх становится патологичным? Для меня, в некотором смысле, ответ очевиден. Страх становится патологичным тогда, когда мешает жить, любить и заниматься любимым делом. В этом случае он как будто может поглотить того, кто его испытывает.

Можно, конечно, в связи со страхом сказать, что он может быть симптомом и панической атаки, и фобии, и, в какой-то мере, депрессии. Однако, на мой взгляд, чувство страха – это настолько важное чувство, что, связывая его с каким-то заболеванием, мы, отчасти, находим для себя успокоение – вот, мол, в чем дело.

А с другой стороны, страх не исчерпывается этим описанием или принадлежностью. Он как бы говорит нам о том, что есть что-то, с чем мы по каким-то причинам не можем столкнуться – это опасно для нас. Где-то на ткани нашей душевной жизни есть брешь, которая осталась не обозначенной, не символизированной. Страх маркирует эти места. Потому его переживание бывает настолько невыносимым – нет объекта, нет возможности его вообразить.

Так что же делать, если переживание этого чувства настолько невыносимо? Я думаю, здесь есть возможность для психоаналитического исследования. Кроме того, рассказывая о нем, мы делаем попытку схватить это чувство в слове. И, доверяя свои переживания другому, мы можем многое узнать о себе. А залатывая эти душевные прорехи, обретаем (или возвращаем) возможность исследовать, творить и любить.

Елена Трембицкая

Image: